Эпиграф 1.
Я мог бы стихов написать еще горы
Снимите по мне головные уборы
(Из эпического произведения "Пушкинский Рэп.")
Эпиграф 2.
Хоть уважать себя я перестану и больше не подам себе руки,
Но всё-таки…
О, как порою еле слышна поступь музы дерзновенной
И все ж, порой, ветра поэзии меня
Нет-нет, да унесут в тот миг благословенный…
Наподшофиться пивом в оном умудрился я
В тие года все было как сейчас, но чуть иначе
Зимой то дворник, то метелицы мели.
Читал я книжицу по числам Фибоначчи
И по деньгам был на конкретнейшей мели
Свершилося! Вопрос немой во взгляде нянечки-старушки!
В сравненьи с ним все рифмы – суть труха
Давай, Арина, грянем! Где же кружки?
В дневник: "а неплохая фишка для стиха?!"
Пивасик! Грезил о лицейский час уединенный!
Пусть не по ГОСТ-у ты, а по убогому Тэ-У
Варил тебя монах в винокуреньи искушенный
А может быть студент из пищевого ПТУ –
Плевать! Уже в бокалах комья блещут пены!
Янтарна жижа, мылен привкус. Без греха
Персты сухарь сжимают сокровенный…
В дневник: "жаль в этом нету фишки для стиха"
Прочь заскорузлые вчерашние сомненья!
Влиянье на меня их нонче столь мало!
Шаги я слышу – томное ступает опьяненье…
Чу!… обожди секунду… всё. Пришло!
А далее – обрывки кинопленки,
Как будто кофе на нее пролил киномонтер
Как в полудреме: страусы, девчонки
Вот банка шпротов полетела на ковер.
Портвейн… немного… чисто для разгону…
И рифма льется – тряпкой не собрать
Каб не стихи – я б разгружал вагоны…
Ну… в смысле… мог бы их бы разгружать…
Я… и на яхте… в окруженьи нимф до рвоты
На мачте… голым… в тьму кричал Державина стихи,
Спустившись, сам себе шептал я анекдоты,
Потом вопил: "Вернитесь в поле, пастухи!"
Затем я был спроважен к декабристам –
Ямайский осушали вместе ром…
Тьма. Свет. И вот уж в зоосаде у ограды близко
Мы издевались над жирафом и слоном
Что дальше? Помню я аквариумных рыбок –
Смотрели мы, как те пускают пузыри…
Мы ржали… а потом уж, по дешевке,
Прохожим раздавал я про Онегина стихи…
Затем, тотальным я сраженный неуспехом
Гремя дверями, в хмурости пришел домой
Рыдая, опершись над туалетом
В слезах я рвал роман печальный свой
Потом приперся Лермонтов и вместе…
Опять же пиво… у Дворцового моста…
Усугубили водкой… хоть ты тресни,
А больше я не помню ни черта!
Эпилог:
И там я был, и мед я пил
У моря видел дуб зеленый
Со мной сидел и кот ученый,
Свои мне сказки говорил…
В дневник: "пусть белочка, и слушаю кота –
Ей-ей, а точно фишка для стиха…"